Свежие комментарии

  • angebotik
    продам 1948 советских спичечных этикетокФилуменистический...
  • Виталий Артёмов
    и слушаем .....Виниловые пластин...
  • Виталий Артёмов
    Ставим на вертак !Виниловые пластин...

Не прошедшее время

 

В начале этой недели вышла из печати книга В.В. Госданкера «Не прошедшее время: субъективные записки старого музейщика». Автор книги долгое время был директором Ставропольского краеведческого музея. Книга издана небольшим тиражом 100 экз. и, вероятно, весь тираж разойдется по коллегам, коллекционерам и друзьям автора, минуя свободную продажу. Предлагаю Вашему вниманию маленький, на мой взгляд интересный, отрывок из этой книги.

 

Как-то в мае, кажется, 1966 года меня вежливо пригласили в управление КГБ. Просили срочно явиться, не помню, в какой кабинет на третьем этаже всем известного ставропольского «серого дома». Правда, стояла пора «оттепели», но генетический страх – куда от него денешься… Подумал, может, «ляпнул» что-нибудь да где-нибудь, или не тех героев в экспозиции поместили. Да мало ли что. Срываюсь из кабинетика, иду, накручиваю в уме всякое. В холодном вестибюле меня ждал симпатичный военный в штатском. Поднялись в кабинет, а там еще несколько крепких, показалось мне, одинаково одетых мужчин, как-то похожих друг на друга. Приветливо здороваются да и еще по имени-отчеству величают. Открыли массивный сейф, а в нем роскошная икона Божьей Матери с младенцем на старинной изогнутой доске в платиновом с перламутром обрамлении, конечно же, высокого уровня живописи.

Не буду лукавить… В иконах (кроме исторической ценности) я не разбираюсь. Конечно, понимал, что «штука» эта уникальная.

Говорят: «Вениамин Вениаминович, мы тут раскрутили на Кавминводах шайку валютчиков и коллекционеров антиквариата. Они, мол, своё получат. Но вот бывший нэпман, бывший валютчик гражданин Черномордиков, 83-летний старичок, его, должно быть, заметили в вестибюле… Он добровольно сдал эту икону, а мы решили его не привлекать, что с ним поделаешь…». Отдают мне без всяких формальностей эту ценность и просят оформить икону как дар гражданина Черномордикова Ставропольскому краеведческому музею. А копию акта передать в Комитет госбезопасности.

Так вот, спускаюсь вниз с иконой подмышкой, подводят и знакомят меня с худеньким стариком Черномордиковым. Иду от комитета до музея, тороплюсь, хотя какое там расстояние. За мной, еле поспевая, семенит этот тщедушный «коллекционер». Не трудно догадаться, какими хитрыми путями попала эта реликвия в руки послевоенных дельцов, наживающихся на нужде одних и крутом советском атеизме других.

Словом икона в музее. Несмотря на обеденный перерыв, срочно созываем для оценки и составления акта приемки профессора Ставропольского пединститута В.А. Романовского, доцента Т.М. Минаеву, известного в городе ювелирных дел мастера (фамилию запамятовал), конечно, заведующую фондами, научных сотрудников. Гражданина Черномордикова просим подождать внизу, в вестибюле. А мы судили, рядили, охали, ахали, сыпали кто мог эрудицией. В написанном акте, оценили все многими тысячами и принадлежностью вещи чуть ли не к ушаковской школе иконописи. Когда мы пригласили Черномордикова расписаться в дарственном акте, он был счастлив, благодарил, суетился.

Должен добавить, что хранить такую икону в музее, где тогда не было сигнализации, да и показывать в экспозиции никто не рекомендовал. Мы приняли решение передать её в «Золотую кладовую» Государственного исторического музея в Москве, где она и храниться по соответствующему распоряжению Министерства культуры РСФСР. Другие были времена, куда более спокойные в смысле личной безопасности от воров, грабителей и прочей уголовщины. Я вез икону эту в стареньком портфеле, в обычном рейсовом самолете до Внукова. Без лишних хлопот и диких расходов докатил в такси на Ленинский проспект, где жила наш музейный друг, старая революционерка Двойра Ходос. Переночевал, утром позвонил в Министерство культуры, прислали машину.

Теперь задаю себе вопросы. Отдали бы нам эту икону из КГБ вот так прямо, без суда, покушения на собственность и прочие ограничения свободы личности и коммерческой деятельности, если бы это случилось в 90-х годах? Или коллекцию горного хрусталя? Ну хорошо, ФСБ, милиция, таможня практикует теперь передачу художественных ценностей в музеи. Но мы-то, мы разве повезли бы сдавать сейчас такую икону в государственное «золотое хранилище»? Конечно, нет! Сейчас имеется хорошая сигнализация, милицейский пост. Но, самое главное не в этом. Сейчас бы директор музея Николай Охонько такую реликвию «раскрутил» бы на всю катушку: организовал бы хорошо поданный прессой экспозиционный показ с участием пастырей Ставропольской епархии и огромного круга верующих. Или на масштабном уровне эта икона была бы передана Ставропольской епархии во благо молящихся.

Картина дня

))}
Loading...
наверх